Вот есть у АФК «Система» олигарха Владимира Евтушенкова целый выводок довольно умных дочек-компаний, а еще одна – «Сегежа групп», которая за последнее время к тому же нахватала игрушек в Иркутской области и Красноярском крае. Ну это для «Сегежи» – игрушки, а для регионов они определяют важные, а в некоторых случаях – жизненно важные функции.
«Сегежа групп» в 2021 году увеличила почти вдвое расчетную лесосеку, купив активы в Сибири за 515 миллионов долларов (ранее компания базировалась только в европейской части страны). Покупка – 100 процентов компании «Интер Форест Рус», которая объединяет активы в Красноярском крае и в Иркутской области.
И вот 28 августа непутевая дочь выкатила финансовый отчет за второй квартал 2024 года. Казалось бы, выручка и операционные доходы даже выросли – благодаря увеличению продаж продукции за счет перенаправления на восток выбывших в 2022–2023 годах объемов, а также ослабления рубля и роста цен на пиломатериалы.
Но общий долг группы, и ранее тяжкий, тоже вырос, еще на пять процентов, достигнув астрономических 144,2 миллиарда рублей. Он больше собственного капитала компании вдесятеро. В 2024 году надо погасить 11 миллиардов, в 2025 году еще 50. Весь бизнес компании старается, в основном, для обслуживания этих обязательств. Более того, «Сегежа» в принципе не зарабатывает столько, чтобы гасить тело долга, дело не идет дальше процентов, поэтому ситуация развивается по принципу снежного кома. Аналитики насчитали необходимую сумму докапитализации, чтобы выровнять этот потенциальный «Титаник» – от 60 до 90 миллиардов рублей, а их нет и у материнской компании.
Для улучшения плачевного положения «Сегежа» готовится к дополнительной эмиссии акций и, соответственно, уже объявила об этом. А что такое дополнительная эмиссия? По сути, крупные акционеры решают расстаться с частью компании, чтобы (а это возможно) не потерять ее полностью. В результате допэмиссии акций становится больше, а доли прежних инвесторов сокращаются. Суп разбавляется водой.
Холдинг отказался до осени раскрывать детали предстоящей процедуры. Но рынок не стал дожидаться подробностей. На торгах 28 августа акции группы на минимуме рухнули на 26,77 процента. Мосбиржа провела дискретный аукцион (особый торговый режим, с помощью которого «успокаивают» фондовый рынок, если цена на какой-то актив резко меняется), после чего падение замедлилось, но продолжилось. К тому же появилось сообщение, что с 20 сентября бумаги «Сегежи» исключат из индекса Мосбиржи и РТС. Что такое индекс биржи? Это набор акций, которые сама биржа определила как хорошо торгуемые. Если акции исключают, соответственно, это тревожный сигнал для рядовых инвесторов, которые на заре истории «Сегежи» в массе своей возлагали на нее большие надежды.
В теории, допэмиссия может дать положительные импульсы. Но на практике вырученные средства, скорее всего, кинут в огромную долговую дыру, на погашение близкого огня.
Причем сваливать ситуацию исключительно на санкции и зарубежные проблемы на рынке недвижимости, повлекшие снижение спроса на древесину, нельзя. С момента выхода на биржу в 2021 году бумаги компании потеряли почти 85 процентов стоимости. «Сегежа» родилась в долг. Как может резко рвануть вверх и быстро отбить все затраты лесопромышленная компания? Инновации, которые обеспечат такой рост, вряд ли возможны на огромной лесопилке. Но хуже всего то, что они и не задумывались. При этом только упомянутая выше покупка «Интер Форест Рус» взвинтила тогдашний долг «Сегежи» на 70 процентов. С такими вводными выживать и тем более с прибылью можно только в тепличных условиях. А их, мягко говоря, нет.
Контролируемая Евтушенковым материнская компания «Сегежи» – «Система» – уже не раз приходила ей на помощь. Эксперты считают, что новые акции она в значительной мере и выкупит, ну еще банки. Но у «мамы» и у самой ситуация непростая. За первое полугодие «Система» показала рост выручки на 20 процентов год к году, но общий долг составляет около четырех операционных прибылей. И другие дочки тоже не отличницы: так, периодически нуждается в финансовой поддержке МТС, у «Озона» тоже высокая кредитная нагрузка.
Владимир Евтушенков
Кстати, в июне 2024-го на полях ПМЭФ Евтушенков говорил:
«Не исключено, что нам придется докапитализировать компанию. SPO мы точно делать не будем, потому что не в самом хорошем состоянии рынок».
А ведь SPO – процесс хоть и схожий с дополнительной эмиссией, но не равный ей. SPO – продажа уже имеющихся акций, допэмиссия – выпуск дополнительных. Именно последний процесс заставляет акционеров, доли которых разбавляются, нервничать и сливать акции, снижая их стоимость. То есть он еще хуже SPO, от которого зарекался Евтушенков.
И ведь впервые разговоры о допэмиссии «Сегежи» начались еще во второй половине 2023 года, но менеджмент долгое время надеялся на рост цен на пиломатериалы и скорое смягчение денежно-кредитной политики в России. Но не дождался радикальных перемен, и относительно благоприятный период кончился.
С корабля, похоже, уже побежали. Так, вице-президент по стратегическим коммуникациям и бренду «Сегежи» Кермен Манджиева объявила об уходе.
То есть главный пиарщик, видимо, зашла в тупик в вопросе, как пиарить компанию. И пришло время правды: решатся ли хотя бы ответственные за лес в регионах, где объявлены сотрудничество с «Сегежей» и разные совместные социальные проекты, эту правду изложить? Так, например, в Иркутской области компания купила большой речной флот, отвечающий за северный завоз. И что там, извините за выражение, с инновационным деревянным многоэтажным домостроем? Аспект ускользающих надежд, да и реальных уже проблем – отдельная большая тема, которая, хочется надеяться, занимает прямо сейчас лучшие чиновничьи лесные умы.
Георгий Булычев
Данное сообщение (материал) создано и (или) распространено некоммерческими организациями и (или) средствами массовой информации, требующими полной отмены законодательства об иностранных агентах
Вы сможете добавить комментарий после авторизации